Власти раскрыли алгоритм блокировок: как Минэкономразвития планирует разделить самозанятых и штатных сотрудников
Российский рынок платформенной занятости ожидает масштабная техническая ревизия. Министерство экономического развития подготовило проект постановления правительства, устанавливающий жесткие фильтры для взаимодействия бизнеса с плательщиками налога на профессиональный доход (НПД). Регулятор намерен наделить цифровые платформы — от маркетплейсов до сервисов по подбору персонала — обязанностью прерывать сотрудничество между заказчиком и исполнителем, если их отношения приобретают признаки классического найма.
Согласно документу, с которым ознакомился Forbes, в основу системы контроля лягут два математических триггера. Первый — временной: взаимодействие на протяжении более шести месяцев. Второй — количественный: нагрузка самозанятого, превышающая 160 часов в каждом из этих месяцев. Фактически это эквивалент стандартной рабочей недели (40 часов), что в логике Минэкономразвития де-факто указывает на скрытые трудовые отношения.
Технический заслон и география ограничений
Механизм реализации предполагает алгоритмическую блокировку. Если пара «заказчик — исполнитель» достигает указанных лимитов, алгоритм платформы перестает показывать их друг другу. Период «охлаждения» составит два календарных месяца, после чего сотрудничество может быть возобновлено. В течение этого времени самозанятый сохраняет право брать заказы у других контрагентов, включая прямых конкурентов текущего заказчика.
Ограничения охватят практически все ключевые секторы экономики, где платформенная модель стала стандартом операционной деятельности:
- Розничная и оптовая торговля;
- Складское хозяйство, логистика и курьерские службы;
- Строительство и ЖКХ (уборка, обслуживание зданий);
- Общественное питание;
- Информационные технологии;
- Образование, здравоохранение и сельское хозяйство.
Правовой фундамент для этих нововведений заложен в принятом в 2025 году законе о платформенной экономике, который вступит в силу 1 октября 2026 года. Представитель Минэкономразвития в комментарии для Forbes подчеркнул, что закон фиксирует риск, при котором компании могут полностью перевести штат в статус самозанятых, сохранив жесткий график и контроль: «То есть существует риск подмены трудовых отношений гражданско-правовыми, а проект о блокировке — это платформенный инструмент, позволяющий исключить злоупотребления».
Экономика вопроса: налоги против гибкости
Фискальный интерес государства в данном вопросе очевиден. Самозанятые выплачивают 6% с доходов от юридических лиц, тогда как стандартная трудовая модель предполагает НДФЛ от 13% и страховые взносы работодателя по базовой ставке 30%. По оценкам ФНС, в рисковой зоне находятся около 182 000 человек из общего массива в 14,6 млн самозанятых.
Руководитель исследовательского центра «Аналитика. Бизнес. Право», доцент ГАУГН (при РАН) Венера Шайдуллина дает более конкретную оценку бюджетных эффектов: «Если рассчитать потери бюджета грубо, по этим оценкам, то получится порядка 28 млрд рублей». При этом эксперты указывают на неоднородность «серой зоны». Руководитель портала «Самозанятость. онлайн», эксперт Координационного центра правительства Арсений Беленький отмечает, что самые проблемные точки — строительство и ЖКХ — зачастую остаются вне поля зрения крупных агрегаторов: «В них не работают большие платформы, а в основном небольшие компании, занимающиеся подбором персонала. Они тоже используют цифровые сервисы, но не все из них подпадают под критерий цифровых платформ».
Позиция рынка: между прозрачностью и риском «ложных срабатываний»
Представители крупнейших объединений и бизнес-сообществ воспринимают инициативу как попытку найти компромисс, хотя и указывают на необходимость тонкой настройки. Президент Ассоциации компаний интернет-торговли (АКИТ) Артем Соколов считает предложенные параметры логичными:
«Предложенные меры позволят сохранить и специфику платформенной экономики, и возможность подработок для людей, которые периодически прибегают к такой занятости. Расчет — 160 рабочих часов в месяц в течение полугода — действительно может послужить понятным прозрачным ориентиром участникам рынка для выстраивания корректной работы с партнерами-исполнителями».
Сходной позиции придерживается президент Ассоциации цифровых платформ (АЦП) Ораз Дурдыев. Он подтверждает, что механизм поможет исключить злоупотребления при использовании специальных налоговых режимов и обеспечить защиту прав исполнителей, однако предостерегает от формализма:
«В то же время практическая реализация любых ограничительных инструментов должна быть максимально точной и исключать формальный подход. Важно, чтобы отраслевые особенности были учтены, а добросовестные исполнители, сотрудничающие с заказчиками на постоянной основе, не столкнулись с необоснованными блокировками. Ключевая задача — найти баланс между эффективностью борьбы с серыми схемами и сохранением гибкости, которую дает платформенная занятость».
Опасения экспертов связаны с тем, что под автоматическую блокировку могут попасть высококвалифицированные специалисты с узкой специализацией или участники длительных проектных работ. Венера Шайдуллина упоминает IT-специалистов, дизайнеров и переводчиков, чья привязка к одному контрагенту может быть обусловлена сложностью задачи, а не трудовым графиком. В таких случаях платформы, опасаясь регуляторного давления, могут прибегнуть к искусственному дроблению заказов, что негативно скажется на доходах исполнителей.
Реальный сектор и адаптация
Для крупных игроков рынка, таких как Ozon, подобные ограничения не являются абсолютной новинкой. Представитель маркетплейса сообщил, что в компании уже установлены лимиты по количеству смен для самозанятых: «Если оно превышено, продолжить сотрудничать с площадкой можно только по договору ГПХ. Сама возможность совмещения различных видов занятости — одно из важных преимуществ платформенной экономики, которая позволяет компании поддерживать необходимое количество персонала в нужное время в условиях ограниченного рынка труда».
Юридическое сообщество подтверждает актуальность проблемы. Управляющий партнер компании «Русяев и партнеры» Илья Русяев поясняет: «Зачастую компании не оформляют человека в штат, а получают его труд через платформу якобы по разовым заказам. При этом фактически человек работает регулярно, по графику, на одной точке, с одними и теми же обязанностями».
Финальная версия постановления должна стать инструментом легализации без ущерба для мотивации. Президент Союза основателей цифровых платформ гибкой занятости Денис Решанов резюмирует:
«Критерии — 160 часов в месяц, шесть месяцев подряд и перерыв два месяца — выглядят взвешенным компромиссом между защитой рынка и сохранением его гибкости. Эти параметры позволят выявлять подмену трудовых отношений, не разрушая модель для добросовестных самозанятых. Самозанятый — это независимый участник рынка, который, как и любой другой, заинтересован в стабильных отношениях с заказчиками. Чрезмерное ужесточение правил и снижение лимитов применения этого налогового режима лишь подтолкнет людей к обходным схемам и уведет часть доходов в тень. Текущий формат, напротив, сохраняет стимулы работать легально и выглядит жизнеспособным».
В аппарате вице-премьера Дмитрия Григоренко подтверждают, что целью является формирование условий для развития, а не подавление активности. Главный вызов для правительства сейчас — убедиться, что техническая реализация блокировок не превратится в барьер для тех, для кого работа на платформе является лишь дополнительным источником дохода.